19:46 

Бармен

Jager Himmel
"Ты теперь не живой, ты небесный" /Циничный лирик
Рыжие волосы падают на плечи очередной игрушки Шульдиха. Снова мешаются его волосы с какими-то чужими. На один день, на несколько часов. Может быть, даже всего лишь на пару ближайших минут.
Он усмехается, поднимая глаза от своей очередной игрушки, и смотрит через плечо – в фиалковые глаза. Это не миссия, а всего лишь круглосуточный бар в центре города. Здесь нет крика «Шине» и катаны в руке. Здесь – только спрятанная в самую глубину глаз острая, как та самая катана, боль, и бокал с неразбавленным мартини в руке. Пить что-то крепче он не хочет намеренно – ночь в баре с Шульдихом не бывает короткой, а выпить больше, чем нужно, чтобы не потерять контроль, не то, что его устроит. Больше всего он не хочет сказать то, что так рвется с губ. Даже при том, что знает – немец телепат, и все мысли, что есть в голове, для него как открытая книга.
И потому тот снова наклоняется к очередной игрушке. Манит к себе то одного, то другого. Ничего не обещает. Просто дарит минуты счастья и наслаждения. И раз за разом смотрит в фиалковые глаза сидящего за соседним столиком Фуджимии.
Смотрит в холодные фиалковые глаза, впиваясь взглядом, не отпуская их до тех пор, пока не увидит в их глубине отсвет злости. Пока не поймет - раз за разом - красноволосому абиссинцу не все равно. Внешнее спокойствие, короткое «Делай что хочешь», гордый посыл ко всем чертям, «которые и так твоя родня, Тварь Тьмы» - все это не стоит ничего. Стоит только этот взгляд, правды в котором больше, чем во всем, что слетает с языка абиссинца.
И ночь за ночью рыжий телепат уходит в бары, зная, что Фуджимия придет туда же. «Расслабиться после работы» - говорит он. Видеть, хотя бы просто видеть, что делает Шульдих. Отчего-то кажется, что это что-то изменит. Но в бокале снова мартини со льдом, а во взгляде - острая сталь катаны, когда он видит очередную игрушку немца.
Пока однажды рыжий не подсаживается прямо к стойке бара. Не пьет с барменом. Не играет его волосами долго и вызывающе, как он умеет. Бокал за бокалом – привычно для абиссинца. Но когда он попытался встать, понял, что где-то перебрал. Откуда ему знать, что в мартини, который он заказывал, подлили водки?
Бармен выходит из заведения вместе с телепатом, не опасаясь потерять работу, не многим более трезвый, чем его клиент. Или менее? Рука немца лежит в его кармане. Рыжие волосы оставили след в недлинных черных, и пара волосинок яркими вспышками бросилась в глаза абиссинцу. Он заставляет себя встать и выйти следом.
На улице дождь, струи его текут по лицу, и он не сразу понимает, что к ним примешивается соленый привкус. Его собственных злых беззвучных слез. От злобы на себя, от бессилия, от глупости происходящего. Всего в нескольких метрах впереди рыжая от света фонарей ночь подчеркнуто-красиво очерчивает фигуры двоих. Рыжие волосы немца рассыпаны по его плечам, голова отклонена назад. Не он целует – его. Черноволосый бармен по-хозяйски обнимает Шульдиха, одной рукой прижимая к себе, другой лаская его бедро. Оба не трезвы, обоим плевать на то, что рядом кто-то может пройти. Впрочем, ночь вокруг них пуста, словно кто-то намеренно очистил ее от людей и машин, отдав лишь этим двоим.
Поцелуй прерывается, когда немец мягко проводит пальцами по лицу бармена, чуть отстраняя его.
- Поехали домой.
- В таком состоянии? - ухмыляется бармен, не убирая руку с бедра телепата.
- На такси. Стоянка рядом, - рыжий рисует кончиком языка дорожку по шее бармена.
- Хорошо, - тот наконец-то отпускает рыжего.
- Я подожду здесь, - съезжая спиной по стене, говорит телепат.
Бармен заходит за угол, когда абиссинец подходит к нему. Более уверенно и твердо, чем сам от себя ожидал. Ноги вполне слушаются, или он просто только что протрезвел. А вот мысли и язык продолжают жить отдельно от воли и творить что хотят.
- Зачем? - глядя в холодные голубые глаза.
- Мне нравится это, - усмехается немец, и вдруг резко встает. Одной рукой притянув к себе абиссинца, закрывает поцелуем губы, с которых чуть не сорвалось что-то еще, другой проводя по его члену. – Мне нравится твое внимание, котенок. «И бьющиеся в твоихвисках мысли, которые ты боишься озвучить даже себе»
- Ненавижу, - глухо, не желая признавать, как хотел этого поцелуя.
- Продолжай, - кивает немец, повторяя поцелуй. Руки абиссинца смыкаются за спиной Шульдиха, словно так он может удержать его. Но это так же бессмысленно, как попытаться удержать иллюзию. Рыжий прерывает поцелуй и разрывает объятия абиссинца за секунду до шороха шагов за углом.
- До завтра, котенок, - улыбается он, неожиданно нежно проводя по щеке Фуджимии. Абиссинец отшатывается к стене бара, сливаясь с темнотой.
- Машина скоро будет, - спокойно сообщает бармен, снова по-хозяйски обнимая Шульдиха. Немец запускает руку в задний карман джинсов бармена.
- Я хочу домой быстрее, - выдыхает телепат прямо в ухо, перебирая волосы бармена. Здесь и сейчас для него не существует других. Только этот один мог заменять для немца весь мир. И тот, другой, красноволосый – быть достаточно интересным, чтобы всерьез отвлекать, занимая сознание заставляя вести игру - не ради себя, а ради него.
Но об этом он подумает завтра. А сейчас… «Я хочу тебя» - раздается в сознании Брэда Кроуфорда. «Я тоже» - мысль не может передать интонации, но Шульдиху кажется, что он слышит негромкий хриплый шепот, и последние остатки мыслей покидают голову.

@темы: Фанфики, Творчество

Комментарии
2010-11-04 в 08:05 

Z.Lenka
Оставить тебя в покое? О да, детка, такой у меня и был план: пойду, думаю, к Фудзимие, оставлю его в покое… © beside
какой бред

2010-11-05 в 19:54 

Z.Lenka +100

2010-11-05 в 20:03 

Если все в мире не более, чем притворство, искренна одна лишь смерть.
автор, не говоря уже о режущих глаз повторах, пощадите же общественность! такая концентрация штампов и фанона просто поразительна.
простите, но это ужасно.

2010-11-05 в 20:23 

Z.Lenka
Оставить тебя в покое? О да, детка, такой у меня и был план: пойду, думаю, к Фудзимие, оставлю его в покое… © beside
обожи, люди. я думала, что мучаюсь в одиночестве.:lol: пощадите же общественность! вот точно. чувствую себя пострадавшей:lol:

2010-11-05 в 20:26 

Ура-нас уже трое!:)

     

Айя-Шульдих

главная